Показаны сообщения с ярлыком эмбрионы. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком эмбрионы. Показать все сообщения

Тридцать восемь позвонков!?





Наряду с печально известными рисунками Геккеля, эволюционисты часто прибегают к другим аргументам из эмбриологии, чтобы заставить замолчать «невежественных креационистов» и таки доказать, что человек – просто высшее животное. Cила этих аргументов - в их непроверяемости. Тебе будет крайне сложно, почти невозможно проверить их достоверность, если только ты не эмбриолог. Конечно же, никто не станет препарировать эмбрионы людей на разных стадиях, только чтобы проверить, «так ли это на самом деле». И товарищ неодарвинист это знает. А потому для него дело остается за малым: опубликовать сфабрикованный «факт» в вузовском учебнике или энциклопедии под редакцией именитого профессора – а остальное сделает система образования и интернет с его множеством медицинских и учебных ресурсов.

Эмбрионы Геккеля - иконы эволюционизма


Ты создал мои почки, 
Оградил меня со всех сторон в утробе моей матери. 
Буду хвалить тебя, потому что я создан удивительно 
и это внушает благоговение. - Псалом 139:13, 14


Ниже предлагаю вашему вниманию перевод главы из книги Джонатана Уэллса "Icons of Evolution - Science or Myth. Why much of what we teach of evolution is wrong", 2002. Из нее вы узнаете, как данные сравнительной эмбриологии, точные и искаженные, использовались дарвинистами, начиная с конца XIX века. 


*********

Дарвин знал о том, что летопись ископаемых Кембрия представляла серьезную проблему для его теории. Он также осознавал, что без механизма, объясняющего появление гомологий, его отождествление архетипов с общими предками с легкостью можно было оспорить. Таким образом, ему казалось, что ни палеонтологическая летопись, ни гомологичные структуры не поддерживали его теорию с такой же убедительностью, как доказательства из области эмбриологии.

«Мне кажется, » писал Дарвин в Происхождении видов, «что передовые факты эмбриологии, имеющие первейшую важность, объясняют принцип вариаций у многочисленных потомков одного общего прародителя». И этими передовыми фактами, по его мнению, было то, что «эмбрионы наиболее отличающихся видов, принадлежащих к одному классу, очень похожи, но полностью развившись, значительно различаются». Рассуждая о том, что «нечто общее в структуре эмбрионов открывает происхождение от общего предка, » Дарвин заключил, что ранние стадии эмбрионов «показывают нам, более или менее полно, взрослое состояние прародителя всей группы». Другими словами, подобия эмбрионов на ранних стадиях не только демонстрируют их происхождение от общего предка, но и дают представление о том, как он выглядел.

Дарвин рассматривал это как «наиболее сильный отдельный класс фактов в пользу» его теории.

Дарвин не был эмбриологом, поэтому в своих свидетельствах он вынужден был полагаться на изыскания специалистов. Одним из них был немецкий биолог Эрнст Геккель (1834-1919).

Поделиться